Авторизация
Логин:
Пароль:
Восстановление пароля
   



Новые книги

Сланцевая Америка. Энергетическая политика США и освоение нетрадиционных нефтегазовых ресурсов
В книге описаны и проанализированы перемены, происходящие в энергетике США в результате того, что получило название «сланцевой революции», дана оценка их воздействия на глобальные рынки.

Автор:  Николай Иванов

другие книги




Владимир Капустин о том, почему в России так плохо с переработкой

10.11.2011

Источник: «Ведомости»

Несмотря на ряд мер, которые предприняло в последний месяц правительство, в некоторых регионах России по-прежнему наблюдается дефицит бензина и авиационного керосина. О том, где находятся истоки дефицита топлива и как исправить ситуацию, наш корреспондент беседовал с генеральным директором ВНИПИнефть, академиком РАЕН Владимиром Капустиным.

- Почему у нас все время возникают перебои с поставками бензина, авиационного керосина, а если не перебои, то угрозы дефицита?

- Есть несколько причин. Первая причина - это регламент с повышенными требованиями к топливу, который приняли в 2008 году. А компаниям особенно неинтересно было их модернизировать НПЗ, потому что прибыль они получали не за счет светлых, а за счет темных нефтепродуктов. Этому способствовало постановление от 2004 года, которое снижало пошлины на темные нефтепродукты больше, чем на бензин, дизельное топливо или авиационный керосин. Вторая причина - технологическое отставание отрасли. А так как у нас все-таки транспорт меняется и использование 80-го бензина неуклонно падает, а потребление высокооктанового бензина возрастает, то появилась диспропорция, которая медленно устранялась. Ну и ценовая политика сыграла свою отрицательную роль. Экономически необоснованное замораживание цены на бензин привело к тому, что для нефтяных компаний стало более выгодно выпускать не высокооктановый бензин, а его компоненты, например алкилат, и продавать их за границу для дальнейшей переработки. Это привело к тому, что высокооктановый бензин стал вымываться с рынка. Если рынок стоит по цене, а цена на нефть растет, то для компании выгодно продавать ее за границу, а не перерабатывать. Вот совмещение всех этих факторов и привело к тому, что на рынке создалась неконтролируемая ситуация, чреватая перебоями в снабжении. Рынок все расставил по местам так, как выгодно производителю, а не потребителю.

- В каком состоянии находится наша нефтеперерабатывающая промышленность? Говорят, что у нас еще действуют заводы, которые поставлены по ленд-лизу.

- Заводы по ленд-лизу были первыми ласточками в тех районах, где не было нефтепереработки. Потом на базе этих заводов выросли новые предприятия. Затем к существующим построили целый ряд установок, но все равно, конечно, нефтепереработка на этих заводах не соответствует мировому уровню. Причина в том, что для модернизации или строительства новых установок надо привлекать крупные инвестиции, которые будут окупаться долго, а продать нефть и сразу получить прибыль можно очень быстро. Таким образом, нефтяным компаниям модернизировать нефтепереработку невыгодно. Пожалуй, только "ЛУКОЙЛ" в какой-то степени и ТНК-BP занимались модернизацией своей нефтепереработки. Остальные компании ее уничтожали, особенно это расцвело во времена правления Ходорковского в "ЮКОСе". Ну, например, на Новокуйбышевском заводе было уничтожено 132 установки. Система "60-66" тоже может создать для модернизации нефтепереработки определенные барьеры. Ставки пошлин на светлые и темные нефтепродукты унифицируются на уровне 66% от пошлины на нефть, при этом сохраняется повышенный уровень пошлины на экспорт бензина - 90% от пошлины на нефть. Нужны дополнительные усилия правительства, и они предпринимаются. Итогом "разноса" компаний стало предложение премьер-министра зафиксировать программы модернизации в трехсторонних соглашениях компаний с Федеральной антимонопольной службой и Ростехнадзором. В случае срыва обязательств по техническому перевооружению государство оставляет за собой право применить санкции, включая изъятие необоснованно полученной прибыли. Может быть, это принесет результаты, но пока наша нефтепереработка находится не в лучшем состоянии. Если ее оценивать за последние 20 лет, то в глубине переработки нефти она не прибавила. Сегодня глубина переработки и выход светлых продуктов у нас значительно отстают от Европы. Заводы расположены в основном в центре России, продукты доставляются до остальных потребителей с большими затратами, потому что для этого в основном задействован железнодорожный транспорт. Коэффициент Нельсона, который характеризует сложность нефтепереработки, у нас сегодня значительно ниже, чем в мире. И плюс ко всему мы создали льготы для так называемых "керосинок" - мини-заводов.

Их сейчас уже 211. И борьба министерства с этими заводами пока не в его пользу. Но вот сейчас введут систему "60-66", и это будет, конечно, сильный удар по мини-заводам, а до этого они процветали. Было выгодно из нефти делать мазут. Вот это и привело к тому, что практически идет незначительное увеличение глубины переработки.

- А почему у нас не строят новые заводы?

- Я этот вопрос тоже задал недавно в Киришах. Вот совсем не нефтедобывающая страна Индия в короткий срок построила самый крупный завод в мире - 52 млн тонн переработки. Нефть доставляется танкерами из арабских стран, перерабатывается, а продукты переработки продаются в Европу, где они вытесняют продукцию местных заводов, использующих нашу нефть. Если мы ничего не будем делать, то скоро и наша нефть Европе будет не нужна, а сегодня 70% нашей нефти идет в Европу. Нефтяным компаниям строить заводы не нужно, им выгодно продавать сырую нефть. Нужна жесткая воля правительства, потому что совершенно ясно: если поставить заводы в портах или на конце трубы, то мы будем иметь в два раза больше прибыли от продажи нефтепродуктов в Европу.

Крупные заводы - это благо, но пробить проекты очень трудно. Вот мы с проектом Кингисеппского завода мощностью всего 10 млн тонн возимся уже четыре года. Не дают добро на строительство независимого завода, потому что очень сильны позиции нефтяных компаний. Им не нужен независимый нефтеперерабатывающий завод, который бы конкурировал с их предприятиями. Такая же ситуация и с продажами бензина. В каждом регионе нефтяная компания имеет монопольное количество АЗС. Это одна из причин, почему у нас возникают ценовые кризисы. Сейчас ФАС приняла решение - не больше 35%. Хотелось бы, чтобы появились независимые нефтеперерабатывающие заводы, но нефтяное лобби успешно этому противодействует.

- Наверно, нужны очень мощные инвесторы, которые могли бы разорвать этот порочный круг. Иностранные компании охотно вкладывают в добычу, а вот в нефтепереработку идут неохотно, почему это происходит?

- На Западе нефтеперерабатывающие заводы стоят, как правило, на побережье. Нефть покупается на рынке и доставляется танкерами. А попробуйте у нас купить на рынке нефть... У нас в России нет рынка нефти. Наши нефтяные компании гонят нефть на экспорт. Они не хотят отдавать ее в чужие руки у себя дома. А без нефти перерабатывающие мощности обречены на гибель. Если завод не имеет нефти хотя бы год, коррозия уничтожает его на 20%. Где купить нефть? Это главный вопрос, который не удается решить инвесторам. Они хотят строить заводы, но с одним условием: чтобы были гарантии правительства, дающие возможность бесперебойно получать нефть из трубы. Но нефтяное лобби всячески этому препятствует. Даже на поставки по мировой цене они не соглашаются, они не хотят конкурентов на рынке. Им невыгодны независимые заводы.

- Что, по вашему мнению, нужно изменить, чтобы рыночные механизмы заработали в пользу потребителя?

- Рыночный механизм трудно сразу переналадить. Необходимы последовательные шаги, прежде всего налоговые изменения. Нужно создать аналитическую группу, которая бы определяла, сколько нужно бензина, дизельного топлива, авиационного керосина для страны, и формировала бы государственный заказ, выполняющийся в первую очередь. И, конечно, нужно срочно провести модернизацию отрасли.

Вернуться в раздел

 




Избранное
"Будучи президентом компании «Росшельф», я настоял на том, что разрабатывать Штокмановское газоконденсатное месторождение должны мы, а не западные компании. Пусть это вначале обошлось дороже, но мы создали тысячи рабочих мест. Подняли и «Севмаш», в цехе которого мог бы поместиться храм Христа Спасителя".

Евгений Велихов, академик, о разработке Штокмановского месторождения (проект "Газпрома", Total и Statoil был заморожен в 2012 г., так и не начавшись).


Архив избранного









Диверсификация по-якутски: президент Якутии Егор Борисов о перспективах нефтегазовой отрасли в республике

Владимир Фейгин: глобальные сдвиги: как успеть за меняющимся газовым рынком

Всеволод Черепанов:
«Газпром» не теряет
надежды на крупные открытия